Анна Андреевна Ахматова - один из замечательных поэтов нашего времени. Ее исключительное лирическое дарование не только тонко передавало душевное состояние человека, но и чутко откликалось на большие события народной жизни. «Творчество Анны Ахматовой - это поэзия высокого строя и отточенного словесного мастерства». Верная наследница заветов Пушкина, она по праву занимает в дружной семье поэтов одно из самых достойных мест. «То, что сделано Анной Ахматовой на протяжении долголетнего творческого пути,- неотъемлемая часть глубоко человечной российской культуры.»
Анна Андреевна Ахматова, уже становится достоянием мировой культуры, что, уходя из этого мира, она оставляет ему свою поэтическую душу, свои пронзительные слова о великом таинстве любви, ее трагедиях и преодолении этих трагедий и что эти слова сама жизнь поставила в ряд прекрасных творений бессмертной русской литературы.
Родилась А.А. Ахматова на юге России, в Одессе, в июне 1889 года, в семье отставного инженера-механика флота, но вскоре ее родители переехали в Царское Село, где она росла и занималась в гимназии. Она знала французский, читала в подлиннике Данте. Первыми из русских поэтов она узнала Державина и Некрасова. Потом уже открылся Пушкин, беззаветная любовь и удивление им прошли через всю ее жизнь. В Царском Селе девочка-подросток Аня Горенко, которой предстояло стать поэтом Анной Ахматовой, писала в одиннадцать лет свои первые стихи, еще не помышляя о будущей известности. Образ Царского Села так же, как и полюбившийся ей навсегда величественный город на Неве, неоднократно возникает в ее стихах. Последний класс проходила в Киеве, в Фундуклеевской гимназии, которую и окончила в 1907 году. Затем поступила на юридический факультет Высших Женских курсов в Киеве. Переехав в Петербург, она училась на Высших историко-литературных курсах Раева. В поэзии Анна Ахматова сразу же заняла особое место уравновешенностью тона и четкостью мыслевыражения. Чувствовалось, что у молодого поэта свой голос, своя, присущая этому голосу, интонация.

Личная жизнь Ахматовой складывалась нелегко. В 1910 году она вышла замуж за Н.С. Гумилева, но вскоре они разошлись, как расходятся две реки из одного русла в разные стороны, каждый к своей трагедии. Первого октября 1912 года родился ее единственный сын. У нее не мало было на пути горя и болезней, да и сама любовь ее прошла ряд трудных испытаний. Но нигде в ее стихах не встретить горьких жалоб и пассивного подчинения судьбе. Все, что выпало на долю, она несет с чувством высокого достоинства, с гордо поднятой головой, верная своему служению Поэзии.
В 1912 году вышла ее первая книга стихотворений «Вечер». Напечатано было всего триста экземпляров, книга стала заметным явлением в русской поэзии.
В марте 1914 года вышла вторая книга - «Четки». Жизни ей было отпущено примерно шесть недель. Каждое лето она проводила в бывшей Тверской губернии, в пятнадцати верстах от Бежецка. Там она написала очень многие стихи «Четок» и «Белой стаи». В предреволюционную поэзию лирика Ахматовой вошла свежей струей искреннего чувства. Верная заветам Пушкина, Ахматова с самого начала творческого пути стремилась к простым и точным образам. После Октябрьской Революции она работала в библиотеке Агрономического института. В 1921 году вышел сборник ее стихов «Подорожник», в 1922 году - книга «ANNO DOMINI".
Ей посвящали стихи Блок и Пастернак. Ее своеобразная красота вдохновляет живописцев и скульпторов. Ее стихи перекладывают на музыку. Известные филологи пишут труды о ее поэзии. Слава не отходила от ее дверей, но она не то чтобы не пускала ее к себе, нет, она просто не придавала ей уж очень большого значения. Анна Ахматова была необходима времени, и время было необходимо для нее в самых разных формах его проявления. Трезвый взгляд на движение самого времени никогда не изменял ее умению и вкусу. Ее оценки, как правило, всегда были и просты, и точны, как это и подобает истинному поэту. Как трогательно она вспоминала о Владимире Маяковском, как будто бы таком далеком для характера ее таланта, а на самом деле таком близком и дружественном.

В любовной лирике - и европейской, и русской - женщина обыкновенно была лишь предметом чувств влюбленного в нее мужчины. В стихах Ахматовой заговорила сама женщина. Надежда, предчувствие, первая встреча, измена, боль, разрыв -обо всем этом рассказывает женщина. Мужчина в стихах молодой Ахматовой - человек сильный и мудрый. Анна видела свою задачу прежде всего в сохранении. Однако плоско и неверно думать, что Анна хранит прошлое, пускай «святое прошлое». Она хранит то, без чего человеческую жизнь нельзя назвать человеческой, - слово, память, достоинство, печаль, красоту, высокую свободу человеческого общения - хранит будущее, которого в другом случае не будет. Этой заботой во многом определяются и темы Ахматовой, и образ ее лирической героини, и ее художественные приемы. Именно благодаря такой авторской позиции в поэзии Ахматовой слышится нечто большее, чем слова. Ее друг и литературный секретарь последних лет А.Г. Найман определил это - как « звук ... не вмещавшийся в стихах».
В жизни и поэзии Ахматовой было несколько больших эпох. И первая из них может быть названа если не счастливой , то необычайно успешной. Ранний дебют в печати, быстрое и широкое признание, дружба с лучшими писателями, художниками и мыслителями своего времени. Поклонение и любовь окружают Ахматову всегда. Она умела осмыслять прошлое, ради того, чтобы его трагедии не повторялись в более широком масштабе. Гуманизм был врожденным свойством ее характера. Талант Ахматовой был мудрым и хорошо знал, что подражение губит поэзию, разъедает ее своей мнимой значимостью и общедоступностью.
Первые ахматовские книги отличала особая религиозность: традиционная церковная, почти простонародная набожность. Она не имела ничего общего с « религиозными поисками» эпохи. Впервые за всю историю русской поэзии в стихах молодой Ахматовой прямо заговорило народное православие, с его покоянным и нищелюбивым монашеским тоном. Ахматовская
вера определяет все ее мировосприятие и «мысли простоту». Безобманная жизнь, полная правда, - поэзия Ахматовой утверждает это так же определенно, как и народные духовные стихи, - может быть только такой: нищета, юродство, кротость. Эта убежденность появилась уже в «Четках» и окрепла во многих книгах.
Этот монашеский тон крепнет у Ахматовой из книги в книгу и достигает высшей точки. Соединение любовной страсти и традиционного благочестия стало своего рода знаком ахматовской поэзии. Эту черту отмечали многие критики. Ахматовский голос становится «голосом многих» - и происходит это неожиданным путем. Ахматова не пыталась «самоустраниться» из своих стихов. Ее поэзия, может быть, чем чья-либо, связана с фактами авторской биографии. Дело в самой личности поэта. Общее, всечеловеческое Ахматова переживает как «свое» и «личное». Само продолжение жизни для нее - не частное дело.
В 20-х годах начинается изгнание Ахматовой из литературы. Ее поэзию хоронят заживо как «чуждую новому человеку». Ее классически ясный поэтический язык на фоне пестрых стихотворных экспериментов кажется едва ли не музейным. Ее отказ «забыть прошлое», принять точку зрения «победителей» не может быть понят иначе, как политический вызов. С 1927 года на Ахматову заводится дело в ОГПУ. Начинается ее шельмование в пролетарской критике. «Стенания женщины, запоздавшей родиться или не сумевшей вовремя умереть» - так и еще грубее писали об Ахматовой. Шестнадцать лет, с 1924 до 1940 года, стихи Ахматовой вообще не появлялись в печати.
Отечественная война 1941 года застала Анну Ахматову в Ленинграде. В эти годы, в блокаду Анна делила с ленинградцами все трудности. Ее выступления по радио проникнуты уверенностью в том, что «вражье знамя растает, как дым», что мужество ленинградцев выдержит все испытания. Как и другие поэты, часто выступала в госпиталях, читала стихи раненым бойцам. Перед звериным лицом надвигающегося на город фашизма Анна Ахматова верила в победу, звала народ к Победе,
она вместе со своим народом победила самое страшное зло двадцатого века - фашизм.
Для мирной жизни юных поколений,
От Каспия и до полярных льдов,
Как памятники выжженых селений
Встают громады новых городов.
Но победа далась ценою великих усилий и жертв. Об этом нельзя было забыть и в дни всеобщего ликования. Для Ахматовой , с ее острым ощущением текущего времени, радость от того, что со славой завершено великое народное дело, неотделима от памяти о недавно миновавших грозных испытаниях.
В мае 1944 года Ахматова прилетела в весеннюю Москву, уже полную радостных надежд и ожидания близкой победы. В июне вернулась в Ленинград. Страшный призрак, притворяющийся ее городом, так поразил ее, что она описала эту ее с ним встречу в прозе. Проза всегда казалась ей и тайной и соблазном. Война странным образом принесла с собой облегчение в мучительную жизнь Ахматовой.
В цикле «Луна в зените» и других ташкентских стихах оживают блаженные, почти беспечные струны ранней ахматовской Лиры. В военных стихах Ахматова остается самой собой: наиболее пронзительными в этом цикле становятся плачи - причитания по «питерским сиротам», по блокадникам Ленинграда, по солдатам, в которых автор видит не столько героев, сколько гибнущих мальчиков.
Послевоенные годы - последний период в творческой жизни Анны Ахматовой . Она много работает. Обращаясь к своему прошлому, она теперь воспринимает его как частицу общей истории нашей страны. Привычный ей лиризм сочетается с аналитическим изображением ушедшей в прошлое эпохи. Но тут на Ахматову обрушиваются тяжелейшие удары.
В 1946 году выходит Постановление ЦК КПСС, практически перечеркивающее все ее творчество. Две подготовленные к изданию книги уничтожаются. В 1949 г. в очередной раз арестовывают ее сына и осуждают на десять лет лагерей.. .Ради смягчения его участи Ахматова пытается сочинить
«верноподданные» стихи вождю и его «мирной политике». Однако сборник с этими - страшными по своей беспомощности и вымученности - поделками так и не увидел света.
Когда ее возраст пересек семидесятилетнюю черту, когда ее черная челка, спускавшаяся на прямые строгие брови, освященная зеленовато - сероватым светом удлиненных глаз, побелела и откинулась на затылок, обнажив прекрасный высокий лоб, когда ее походка стала подчеркнуто степенной, к ней пришла слава, уже основательно верная, а не ветреная, как прежде, пришла и неотступно следовала за ней. Она ее не прогоняла и даже не иронизировала над нею. Она принимала ее как должное, без охов ахов, с полным сознанием своего достоинства. Ее стихи публикуются в прессе, выходят книги.
В 1964 году она впервые после долгого перерыва читает стихи публично. Возле Ахматовой появляются «друзья нового призыва», читатели и почитатели, которых, как оказалось, за сорок лет не отучили любить и чувствовать поэзию. В начале 60-х годов стихи Ахматовой , запрещенные в СССР, печатаются в зарубежных и эмигрантских изданиях, переводятся, изучаются. В 1964 году она едет получать премию в Италию, в 1965 году - в Англию, где ей присуждается почетная докторская степень. При всем том Ахматова и в последние годы, чтобы заработать на жизнь, вынуждена была заниматься переводами в огромном количестве, хотя не чувствовала в себе переводческого призвания и не слишком любила эту работу. По-прежнему у нее нет собственной квартиры - она живет либо у своей падчерицы, либо у знакомых. В эти годы Ахматова восстанавливает и дорабатывает начатое в страшное время, в том числе «Поэму без героя», замысел которой возник еще в конце 1940 года -предвоенного для России и военного для Европы. Долгое время отрезанная от мира, Ахматова тем не менее не перестает чувствовать себя европейкой. Счастливое прошлое, молодость автора являются к нему, требуя нового осмысления. Человек большой культуры и широких познаний, Ахматова легко и свободно дышала воздухом мирового искусства. Ей близки были

Гомер, Вергилий, поэты Древней Греции и Рима. Данте она читала на итальянском языке. Мастерски переводила славянских Поэтов, стихи средневековой Кореи, не говоря уже о хорошо знакомой ей французской литературе. Прекрасно знала Шекспира, Байрона, английских поэтов XIX века. Но основным ее пристрастием оставалась классика русской поэзии, и в первую очередь Пушкин, которому она, по ее словам, «была обязана всем».
Смуглый отрок бродил по аллеям,

У озерных грустил берегов,

И столетие мы лелеем

Еле слышный шелест шагов...

Знаменательно, что Ахматова много лет занималась углубленным изучением пушкинского наследия. Ей принадлежит ряд научных исследований, ставших ценным достоянием советского пушкиноведения. Бег времени ее судьбы, ее жизни, ее поэзии завершался. Череда уходящих в глубь прошлого событий сделала Ахматову заметнее в мире не только поэзии, но и самой жизни. Она не сетовала на возраст. Она и старость принимала как должное. Она была жизнестойкой, как татарник, пробивалась к солнцу жизни из-под всех развалин, вопреки всему - и оставалась собой.
Поэзия Анны Ахматовой впечатляет многих людей. Меня она поразила своей открытостью и индивидуальностью, которая присуща только ей. Сама Анна человек простой и дружелюбный. Мне очень понравилось стихотворение «Последний тост», которое написано в 1934 г. В нем есть что-то такое, что притягивает. Мне хочется перечитывать его снова и снова. Поэзия Анны Ахматовой будет жить вечно.

Я до сих пор не понимаю, почему, прослышав о моей повести, меня сразу же не арестовали, и не убили. А начали предварительное расследование (Анна Андреевна сказала мне однажды: "Вы - как стакан, закатившийся под скамью во время взрыва в посудной лавке"). Мать проходит по кругам ада.
Узнала я, как опадают лица,
Как из-под век выглядывает страх,
Как клинописи жесткие страницы
Страдание выводит на щеках.
Как локоны из пепельных и черных
Серебряными делаются вдруг,
Улыбка вянет на губах покорных
И в сухоньком смешке дрожит испуг.
И я молюсь не о себе одной,
А обо всех, кто там стоял со мною,
И в лютый холод, и в июльский зной
Под красною, ослепшею стеною, -
Эти строки из "Реквиема" А.Ахматовой как нельзя лучше характеризуют психологическое состояние матери, которая постепенно начинает осознавать глубину трагизма происходящих событий.
Это был обряд: рука, спички, пепельница - обряд прекрасный и горестный", - автором этих слов является Лидия Гинзбург, и относятся эти слова к реальной женщине -А.А.Ахматовой, которая с 1934-1940 гг. работала над поэмой "Реквием", в которой звучит горький плач матери. Лидия Гинзбург вспоминала, что после ареста сына, Льва Гумилева, А.А. Ахматова "жила как завороженная застенком", читая шепотом стихи из "Реквиема". Она просила запомнить их, а клочок бумаги, на котором они были записаны, тут же сжигала, так как сама ожидала ареста. Работа над поэмой была закончена только в 1962 году.
Кажущаяся не цельность объясняется не только разорванным во времени написанием, но и многообразием ритмов, в художественных целях использованных Ахматовой. Но тема поэмы одна - судьба многих матерей России, изо дня в день простаивавших перед тюрьмами в
многочасовых очередях с передачами для детей, арестованных носителями режима. В "Посвящении" к поэме Россия предстает длинной очередью перед "каторжными норами" тюрем с их постылым скрежетом ключей и тяжелыми шагами охранников:
Перед этим горем гнутся горы,
Не течет великая река,
Но крепки
тюремные затворы,
А за ними
"каторжные норы" И
смертельная тоска.
"Вступление" рисует образ смерти, нависшей над корчившейся "под кровавыми сапогами и под шинами черных марусь" Русью. Появляется образ застывшего времени -времени эпохи Большого террора. Мрачная картина вызывает у нас ассоциации с Апокалипсисом и по масштабу всеобщего страдания, и по ощущению наступивших "последних времен", за которыми возможна или смерть, или страшный Суд.
До сих пор вызывает споры вопрос о жанре данного произведения. Что это: лирический цикл или поэма? Обратимся к композиции. "Реквием" состоит из шести частей: эпиграф, вместо предисловия, посвящения, вступления, основной части (главы I - X), эпилога. В результате работы, растянувшейся на четверть века, восстановился традиционный состав романтической поэмы.
По мнению исследователя Манна, "вся хитрость конструкции романтической поэмы заключалась в самом параллелизме двух линий - "авторской" и "эпической".
Лирическое начало в "Реквиеме" проявляется в эпиграфе, вместо предисловия, во вступлении и эпилоге. Эпическое начало -в основной части.
Мне кажется убедительной точка зрения Н.Л. Лейдермана, который обращает внимание на образ лирической героини "Реквиема".
Во-первых, лирическая героиня выступает в роли автора поэмы, который в трудное время находится вместе с народом там, "где мой народ к несчастью был". Во-вторых, она выступает в роли матери, переживающей потерю сына, именно о Льве Михайловиче Гумилеве написала в 1916 г творящий обряд

отпевания. Сигналом плача является диалог, во время которого автор получает заказ - описать это. И женщина, одна из миллионов матерей, чьи сыновья были брошены в сталинские застенки, облачается в одежду плакальщицы, входит в образ вопленицы.
Я хочу уточнить, что сын Анны Андреевны и Николая Степановича, Лев Николаевич Гумилев, студент исторического факультета ЛТУ, был арестован трижды. Первый раз 22 сентября 1935 г. как "участник антисоветской террористической группы". В этот раз Ахматовой удалось вырвать сына из тюрьмы довольно быстро: уже в ноябре он был освобожден из-под стражи. Второй раз Лев Николаевич был арестован в марте 193 8г и был приговорен к десяти годам лагеря, позднее срок сократили до 5 лет. В 1949 г. Льва арестовали в третий раз, приговорили к расстрелу, который заменили потом ссылкой. Вина Льва Николаевича ни разу не была доказана. В 1956г. и в 1975 г. его полностью реабилитировали.
Из всего сказанного можно сделать вывод, что лирическая героиня "Реквием" очень необычна, она имеет три лика, выступает в трех образах, которые перетекают друг друга, а каждая из ролей автора мотивирует отдельную сюжетную линию. А теперь обратимся к сюжету. Каковы же его особенности?
Н.Л. Лейдерман в работе "Бремя и величие скорби" говорит, что в "Реквием" не один, а три сюжетных пласта, они как бы лежат друг на друге, и каждый последний просвечивает сквозь предыдущий. Первый Сюжет - это сюжет ареста и осуждения сына. Здесь всё сверхреально: арест - тюрьма - приговор. "Уводили тебя на рассвете", 17 месяцев кричу...", "Я увидела верх шапки голубой". Второй сюжет - это сюжет материнской причети, плача, и он строится в соответствии с традициями обрядовой поэзии. А. Ахматова не пропускает ни одной фазы похоронного обряда: плач-оповещение:
"Это было, когда улыбался Только мертвый, спокойствию рад"; плач при выносе:
"Уводили тебя на рассвете,
За тобой, как на выносе, шла,

В темной горнице плакали дети,
У божницы свеча оплыла.
На губах твоих холод иконки,
Смертный пот на челе...";
плач при опускании гроба - "И упало каменное слово, На мою ещё
живую грудь...",
поминальный плач - "Опять поминальный приблизился час".
Сцена ареста ассоциируется с выносом тела усопшего: "За тобой, как на выносе, шла" - сравнения плакали дети, свеча, холод иконки, пот на челе.
Материнское горе выражается при помощи образа воя, плача и при помощи образа слезы. Появляется образ "под кремлевскими стенами выть". Эти слова рождают исторические ассоциации - вспоминается картина Сурикова "Утро стрелецкой казни". С конца 20-х и до конца 30-х годов Сталину льстило сравнение его тоталитарного правления со временами Петра Великого.Жесточайшее подавление стрелецкого бунта ассоциировалось с начальным этапом сталинских репрессий. В 1935 году она поехала в Москву, чтобы передать письмо Сталину. Для этого нужно было прийти к десяти часам утра к кремлевской стене.
Между "Реквием" и устным народным творчеством существуют близость.
Но в фольклоре образ слезы "горючий", а у Ахматовой -"Горячей слезой новогодний лед прожигать". "Горячая" слеза Ахматовой не столько горькая, оплакивающая, сколько способная растопить все преграды, обжечь жаром сердца, ощущением сиюминутного горя.
Существует ещё один сюжет "Реквиема" - это сюжет болезни матери. Цепь плачей, составляющих канон материнской причете, превратилась под пером Ахматовой в изощренный психологический сюжет - в исповедь - самоанализ душевного состояния матери, проходящей по всем кругам адских мук утраты своего сына.
Особенности сюжета: сюжет об аресте и осуждении сына, сюжет о материнской причете, сюжет о болезни матери.
Речь идет не о предстоящем воскресении из мертвых, трагедия переживается в земных каторгах - страдания, безнадежность отчаяния. И слова, произносимые Христом накануне своей человеческой смерти, вполне земные, обращенные к Богу - упрек, горькое сетование о своем одиночестве, беспомощности. Слова же, сказанные матери, - простые слова утешения, жалости, призыв к успокоению ввиду непоправимости, необратимости случившегося.
В первом четверостишии в центре внимания "треугольник" -"Святое семейство": Бог-отец, Богоматерь и Сын Человеческий. Во втором четверостишии появляется другой "треугольник": Возлюбленная, любимый учение и любящая мать:
Магдалина билась и рыдала,
Ученик любимый каменела туда, где молча
Мать стояла,
Так никто взглянуть и не посмел.
Горе возлюбленной экспрессивно, наглядно - это истерика неутешного
горя женщины, горя мужчины - интеллектуала статично, молчаливо. Что же касается горя матери, то о нем вообще ничего невозможно сказать.Масштабы её страданий несопоставимы ни с женским, ни с мужским. Это беспредельное и невыразимое горе, её утрата невосполнима, потому что это её единственный сын и потому, что этот сын-Бог, единственный на все времена спаситель. "Распятие в "Реквиеме" - вселенский приговор бесчеловечной системе, обрекающей мать на безмерные и неутешительные страдания, единственного ей возлюбленного, сына - на небытие.
Итак, перед нами произведение Ахматовой. Произведение написано в 30-40 годы XX века и рассказывает о страшной трагедии не только отдельного человека, но и всего народа.
В центре внимания Анны Ахматовой женская судьба матери, потерявшей сына. Я думаю, это не случайно: именно женщина чутко реагирует на происходящие вокруг изменения. А между матерью и сыном существует ещё более тесная связь, разрыв которой причиняет страшную боль и ребенку, и матери. Ахматова показывает, как по вине чудовищных обстоятельств нарушается естественный ход жизни: сын оказывается под угрозой смерти раньше матери, а мать становится почти свидетелем страданий и
гибели сына, её кровиночки. После этого мать не может жить в мире, в котором нет сына, поэтому и героиня повести, и героиня поэмы обречены на смерть физическую, которая последует вскоре вслед за моральной гибелью.
Автор не рисуют картину смерти матери, но, привлекая наше внимание к художественным деталям, дает нам возможность понять глубину потрясения, переживаемого героиней. Следовательно, можно говорить о психологизме этого произведения.
В предисловии к поэме, написанной в 1935 - 1940 годах, Ахматова написала: « В страшные годы ежовщины я провела семнадцать месяцев в тюремных очередях в Ленинграде». Эти очереди вытягивались вдоль мрачных стен петербургской тюрьмы « Кресты». Стоя в такой очереди Ахматова услышала шепотом произнесенный вопрос: « А это вы можете описать?» И ответила : « Могу».
Так рождались стихотворения, вместе составившие поэму. Стихотворения эти не записывались - запоминались накрепко надежными друзьями Ахматовой. Уже в 1961 году поэме был предпослан эпиграф, строго, точно и лаконично отразивший гражданскую и творческую позицию автора:
Нет, и не под чуждым небосводом,
И не под защитой чуждых крыл, -
Я была тогда с моим народом,
Там, где мой народ, к несчастью, был.
Дважды повторяется слово « чуждый», дважды - слово « народ»: прочность сплочения судеб народа и его поэт проверяется общим для них несчастьем.
Пространство России охватывает и « сибирскую вьюгу», и « великую реку», и « тихий Дон», и « кремлевские башни», и « море», и « царский сад», и Енисей, и Неву. Но на этих просторах-лишь страдания, улыбается « только мертвый, спокойствию рад». Это переложение страшного: « И живые позавидуют мертвым». Любимый Ахматовой Петербург - Ленинград становится « ненужным привеском» своих тюрем.
Массовые репрессии в стране, трагедийные события личной жизни вызвали к жизни поэму « Реквием». Пять лет с перерывами
работала Ахматова над этим произведением. Создавалась поэма в нечеловеческих условиях.
Слово « Реквием» переводится как « заупокойная месса», католическое богослужение по умершему. Одновременно это -обозначение траурного музыкального произведения.

Восстановим основную канву психологического сюжета. Тема болезни матери начинается сразу за сценой ареста сына, которая заканчивается воем.
При построении 2-ой главки Ахматова использует прием, характерный для устного народного творчества -психологический параллелизм.
Тихо льется тихий Дон,
Желтый
месяц входит в дом, Входит в
шапке набекрень, Видит желтый
месяц тень. Эта женщина больна,
Эта женщина одна,
Муж в могиле, сын в тюрьме,
Помолитесь обо мне.
Глава III очень короткая - строфа состоит из сбивчивых фраз, потому что происходящее на столько ужасно, что сознание его трогает, не пускает внутрь себя.
По контрасту возвращается память к своему беззаботному прошлому.
"Показать бы тебя, наследнице,
И Любимице всех друзей,
Царскосельской веселой грешнице,
Что случится с жизнью..."
В этой же главке и сожаления об утрате состоявшегося счастья, и укор себе.
При построении следующей главки Ахматова использует прием антитезы.
Семнадцать месяцев кричу,
Зову тебя домой,
Кидалась в ноги палачу,
Ты сын и ужас мой.
Все перепуталось навек,
И Мне не разобрать
Теперь, кто зверь, кто человек,
И долго ль казни ждать.
И только пышные цветы,
И звон кадильный, и следы
Куда-то в никуда.
И прямо мне в глаза глядит
И скоро гибелью грозит
Огромная звезда.
Главка VI короткая, но совершенно иная по настроению:
Легкие летят недели,
Что случилось, не пойму.
Как тебе, сынок, в тюрьму
Ночи белые глядели.
Как они опять глядят
Ястребиным жарким оком,
И о смерти говорят.
Она напоминает колыбельную, которую поет мать, думая о сыне, который в это время томится в тюрьме.
Главка VII ("Приговор") - это кульминация повествования о судьбе сына: приговор здесь аналог казни. Но на переднем плане реакция не сына, а матери: "И упало каменное слово / На мою ещё живую грудь". Теперь перед матерью встает трагическая проблема: как перенести гибель своего ребенка, как пережить то, что тот, кому ты дала жизнь, кого ты произвела на свет в продолжение себя, уходит из жизни раньше? Героине Ахматовой известен выход из этого тупика:
"Надо память до конца убить,
Надо, чтоб душа окаменела,
Надо снова научиться жить".
Но для неё неприемлема такая плата за существование -плата ценою беспамятства, ценою обездушивания. Такому выживанию - без сына, без памяти - она предпочитает смерть. И сразу же после приговора звучит материнская мольба, обращенная к смерти:
Ты всё равно придешь - зачем же не теперь?
Я жду тебя - мне очень трудно...
Я потушила свет и отворила дверь
Тебе, такой простой и чудный.
Прими для этого какой угодно вид,
Ворвись отправленным снарядом
Иль с гирькой подкрадись, как опытный бандит,
Иль отрави тифозным чадом.
Иль сказочкой, придуманной тобой
И всем до тошноты знакомой, -
Чтоб я увидела верх шапки голубой
И бледного от страха управдома.
Мне всё равно теперь.
Глава IX, оказалось бы, завершает сюжет болезни матери: "безумие крылом души накрыло половину", "манит в черную долину", в долину смерти, где не будет ничего - автор подчеркивает эту мысль, используя повтор:
Ни сына страшные глаза -
Окаменелое страданье,
Ни день, когда пришла гроза,
Ни час тюремного свиданья,
Ни милую прохладу рук,
Ни лип взволнованные тени,
Ни отдаленный легкий звук -
Слова последних утешений.
Не будет ничего, что поддерживало рассудок и жизнь матери, но А.А. Ахматова вводит и X рассмотрим какова её роль в поэме.
Это 2-х частная миниатюра - прямое обращение к евангельской проблематике - является кульминацией. Появление религиозной образности подготовлено не только упоминанием спасительных обращений к молитве, но и всей атмосферой страданий матери, отдающей сына на неизбежную, неотвратимую смерть. Страдания матери ассоциируются с состоянием Богородицы, Девы Марии;страдания сына с муками Христа, распятого на кресте.
Появляется образ "Небеса расплавились в огне". Это знак величайшей катастрофы, всемирно-исторической трагедии, какой является смерть Мессии.

 

 

 

OTTO